Созависимость и домашнее насилие. Не по любви

Созависимость и домашнее насилие. Не по любви
Созависимость и домашнее насилие. Не по любви

Жертву домашнего насилия сейчас принято только жалеть. А причины того, что она ошиблась в партнере, видеть лишь в том, что тиран/нарцисс/психопат ее коварно обманул, натянув овечью шкурку. Ее мотивы были чисты и высоки — она любила и верила в его любовь. Но была неопытна и неподозрительна, как все хорошие люди. Потому и попалась.

Впрочем, попасться может любая, потому что эти токсы дьявольски хитры и могут обвести вокруг пальца любого. Слышали? На фоне тирана жертва выглядит ангелом (и сама себя им видит), а говорить о пострадавшей, что может быть, у нее тоже проблемы, представляется жестоким по отношению к ней. Иногда даже в одном намеке на это усматривают виктимблейминг (обвинение жертвы).

Но такой взгляд позволяет жертве ничего не менять, не разбираться с собой и своими проблемами, но вдоволь насладиться жалостью к себе и и от ближних, если повезет. К сожалению, он сейчас он активно поддерживается и жертвами, и их «защитниками». Оно бы и ладно, но результат плачевный — так жертва остается Жертвой.

Не сделав выводов, жертва может годами страдать и растить в себе ненависть к обидчику, отравляясь токсичными эмоциями саможаления, горечи и ненависти. И застрять в этом очень надолго, отказавшись от отношений и взращивая недоверие и презрение ко всем мужчинам. Если у нее есть дети, ее состояние отразится на них — она будет с ними проигрывать треугольник Карпмана во всех ролях.

Или вчерашняя жертва найдет следующего тирана, лишь немного отличающего от предыдущего. И никакая осторожность и выученные наизусть 100500 признаков тирана ей не помогут, потому что ее проблема осталась с ней. Новый партнер просто не может оказаться другим, а она не может не пропускать «звоночки» — пока она внутренне остается Жертвой.

Если человек связался с домашним тираном, вляпался в деструктивные отношения, это говорит о том, что у него проблемы. Проблемы были до этих отношений и останутся после, если ничего с ними не сделать. Здоровые девочки не связываются с тиранами. И мальчики тоже. Такой человек болен.

Хорошая новость: эта болезнь не органическая и не врожденная. Это всего лишь личностное расстройство, которое успешно корректируется. Плохая новость: корректируется с большим трудом, потому что это не какая-то локальная привычка, а жизненная позиция. Чтобы исправить ее, нужно буквально стать другим человеком.

Чем больна жертва домашнего насилия?
Подчеркну, что конечно, жертва не виновата в характере, наклонностях, поведении и зависимостях тирана, и это все было в нем до нее. Вина за его преступления и цинизм целиком на нем. Но есть еще ответственность — каждого за себя.

Оставаться с таким человеком не нужно, особенно, если есть опасность для жизни и здоровья. Но чтобы справиться с последствиями таких отношений и избежать повторения, необходимо найти то, что зависит от тебя. Только это дает возможность что-то изменить. Даже чтобы уйти от него, нужно счала признать, что выбор у тебя есть, и ты можешь это сделать.

Ответственность — это причина того, что человек делает и чувствует. Взять ответственность — значит признать себя причиной своих состояний и выборов. Что неотделимо от того, чтобы другому «отдать» ответственность за него.

То есть, никто тирана не «провоцировал», не «доводил» и т.п., причина его агрессии — в нем. Но и жертву никто не «обманывал» и не «разрушал». Причины того, что она выбрала именно такого и терпела, оправдывая его, — в ней, это ее выбор. И разрушают ее, по большому счету, ее же собственные внутренние конфликты.

Стоит различать жертву, как объект преступления — «та, которую тиранят», и позицию (роль) Жертвы, которая внутри. Одно с другим совсем не обязательно совпадает. Можно быть пострадавшим, но не стоять в позиции Жертвы, и наоборот.

Позиция Жертвы — это перекладывание ответственности за себя (свои чувства, мысли, состояния, настроение, действия) на другого или обстоятельства. Вера в то, что твое состояние зависит от кого-то или чего-то внешнего. Не от тебя.

И Жертва всегда найдет себе Тирана. Или придумает. Или сама станет Тираном. Кстати, тираны тоже любят выставлять себя жертвами, заметили? Потому что проблема у них та же самая — созависимость.

Созависимость
Первоначально «созависимостью» называлось особое состояние психики, характерное для родных и близких людей, зависимых от психоактивных веществ. Сейчас в психологии этот термин трактуется шире, ибо оказалось, что проблема встречается гораздо чаще.

Созависимость — это расстройство личности, при котором человек по сути не является автономным существом, а мыслит себя в слиянии с другими (всегда с близкими, а в запущенных случаях — со всем миром).

Не стоит считать созависимость «болезнью» в обычном смысле этого слова — как нечто, что с человеком «случилось» помимо его воли и довлеет над ним. Расстройство личности — это не какое-то физиологическое заболевание, имеющее объективные внешние причины и требующее внешнего же «лечения».

Это проблемы «в голове» — с жизненной позицией, мотивами, выборами. Пересмотр этого всего зависит исключительно от самого человека, даже помочь в этом сложно. Психолог может показать ошибки, но решение что-то менять принимает или нет сам человек.

Начало созависимости — решения о той или иной жизненной стратегии, принятые в детстве. Обычно по примеру родительской семьи. Созависимостью невозможно «заболеть» во взрослом возрасте, до этого будучи здоровым. Но можно вырасти и остаться созависимым.

Синдром созависимости может проявляться не всегда, не во всех сферах жизни, и расцветает и усугубляется при благоприятных обстоятельствах. Потому и создается впечатление, что человек «заболел» внезапно.

Например, женщина вышла замуж, муж оказался алкоголиком — и она превратилась в классическую жену алкоголика, страдающую от его проблемы и живущую вокруг нее. Кажется, что она «заболела» из-за него. Особенно, если до этого она была вполне счастливой и жила полной жизнью. Но нет, она вышла замуж уже созависимой, и выбрала его именно потому, что он такой. Даже если не знала, что он пьет.

Созависимые безошибочно чувствуют друг друга, их «тянет» к тем, с кем они могут реализовать эту свою «программу», а здоровые им не нравятся. Не она, а «ее нервоз вышел замуж». Поэтому и бесполезно пытаться «не связываться» с теми или иными кадрами. Пока ты сама созависима, ты все равно выберешь партнера такого же, «не заметив» звоночки.

В случае с домашним насилием все так же: жертва всегда созависима. Разумеется сам тиран, как и алкоголик, созависим тоже. Если разбирать такие «истории любви», видно, что отношения там начинаются сразу с игры по Треугольнику Карпмана, а дальше просто все логично развивается.

Созависимость очень распространена, по некоторым оценкам ей «болеют» в разной степени чуть ли не 98% населения. Особенно у нас, где эта беда транслируется на уровне культуры. Можно почти без натяжки сказать, что «все такие». Это здорового человека еще поискать надо. Так что не стоит записывать себя в «прокаженные».

Однако, утешиться тут тоже нечем. То, что у всех так — не повод свою жизнь растрачивать на невротические игрушки, правда? Созависимый человек, во-первых, неспособен на близость, реальные межличностные отношения. Но без отношений он не может — и поэтому он обречен страдать в больных отношениях, как и его близкие.

Во-вторых, он неспособен самореализоваться. Потому что весь поглощен этими самыми «отношениями». Некому там просто реализовываться и некогда. Все, что он делает, подчинено его болезни, пропитано и отравлено ей. Печальная это жизнь, в итоге не приносящая ничего, кроме горечи бесплодности.

Суть созависимости — инфантильность
Со-зависимость — это «я завишу от тебя, а ты — от меня». То есть в голове такого человека происходит инверсия ответственности: причина того, что происходит со мной — в другом, а причина того, что происходит с другими — во мне.

В возрасте до 2-3 лет такое положение вещей — абсолютная норма. Ребенок реально зависит от матери, причем не просто в смысле физического ухода и питания. Его эмоциональное состояние зависит от нее, он заражается ее эмоциями. И мать тоже всю свою жизнь перестаивает под младенца так, что даже чувствует его на расстоянии.

Но потом — в норме — начинается постепенная сепарация. Мама вспоминает о своих личных интересах, а ребенок осознает себя отдельным человеком. Конечно, он остается зависимым, но чем дальше, тем больше берет на себя ответственность за себя. Он учится сам ходить, есть, одеваться. Потом строить коммуникации с другими людьми: сверстниками и воспитателями. Потом сам ходит в школу, самоорганизуется в учебе и т.п.

В подростковом возрасте ребенок оспаривает родительские ценности и установки, и пытается выработать свои. А главное, перестает зависеть от их мнения о себе и жить так, как они скажут. Это процесс болезненный, он проходит через бунт — контрзависимость. Но в финале к 18 годам ребенок становится абсолютно автономным существом. В теории.

На практике часто все иначе. С одной стороны, созависимые родители всячески препятствуют процессу сепарации — опекой, контролем, доминированием, манипуляциями. Вроде бы желая ребенку счастья и успеха, они неосознанно не желают «отпускать» его от себя, по тем или иным своим нездоровым мотивам, о которых здесь не будем.

Ребенок, со своей стороны, может испугаться идти в сепарацию и решить оставаться ребенком. Тоже не очень осознанно, но тем не менее. Это ему может казаться проще, безопаснее и выгоднее даже: не нужно конфликтовать, отстаивать свое, мама не будет переживать, одобрение можно получить…

Происходит задержка в развитии. Ребенок растет физически и развивается интеллектуально, но личностно «застрял» в детстве, в каком-то возрасте, на том ли ином уровне сепарации. Состояние Я-ребенок становится его способом взаимодействия с миром, образом жизни. Он продолжает жить в присутствии Родительской Фигуры и не мыслит себя отдельно от нее.

Иными словами, созависимость — это инфантильность. Вся суть ее — в желании оставаться ребенком и жить «под крылышком» у мамы. Не самому о себе заботиться и решать все свои проблемы, а пользоваться заботой кого-то другого. Во взрослом возрасте это становятся уже не только родители, родительская фигура проецируется и на других людей.

Чаще всего родительской фигурой назначается партнер. Но подходит кто угодно, даже собственные дети. Это могут быть и общественные институты (начальник, государство, церковь), и воображаемые силы. Например, эзотерические представления о том, что «Вселенная о нас заботится», «подает знаки» и вообще всячески курирует жизнь человека — это вот оно. Фантазия о том, что есть «мама», которая знает, что тебе нужно и заботится о тебе.

Без «мамы» созависимому в мире неуютно. Это же надо самому решать, чего хочешь, а потом еще как-то это себе обеспечивать… Надо самому выбирать — у вдруг ошибешься? Рисковать неохота — но мама знает, «как правильно». А главное, мама утешит, похвалит, погладит по головке, будет любить. Мама сделает «хорошо». Ну, очень хотелось бы!

В реальности получать от окружающих заботу не особо получается. Им ведь это даром не сдалось, и в глубине души человек это понимает. Поэтому в ход пускаются различные способы этого добиться — тут уж кто во что горазд, в зависимости от склонностей и принятых стратегий. Но так или иначе, это игры и манипуляции, которые описываются моделью треугольника Карпмана.

Созависимость в отношениях: треугольник Карпмана
Все отношения созависимого с людьми, миром и даже самим собой — «игровые». Это игра, потому что человек притворяется — выдает одно за другое, скрывая свои истинные мотивы. Он всегда играет какую-то роль, не являясь самим собой, и другого тоже воспринимает, как роль, а не как личность. Ну и в игре, конечно, есть выигрыш.

Радости только нет. Треугольник Карпмана называется треугольник боли, потому что плохо там всем. Страдание — непременное условие этой печальной игры. Хотя бывают моменты, когда хорошо, и даже очень.

Роли треугольника Карпмана всем известны: это Спасатель (Избавитель), Преследователь (Тиран) и Жертва. Каждый созависимый играет все три роли по очереди или даже одновременно. У конкретного человека одна из ролей обычно «любимая», в ней он бывает чаще, но оставаться в рамках одной роли невозможно.

Спасатель — самая красивая роль, в обществе одобряемая и поощряемая родителями. Спасателю всех жалко, он хочет всем помочь и «бескорыстно» жертвует своими интересами ради других. Круглосуточно обо всех заботится, забывая о себе. Этакое воплощение «доброты», отзывчивости и НЕ-эгоизма. В общем, святой человек.

И еще Спасатель, конечно, за всех отвечает (как ему кажется). Поэтому ему крайне трудно поверить, что он бегает от ответственности, пока он не увидит свои истинные мотивы. Которые совсем не так красивы, как кажется — ни разу не бескорыстны и вообще не про любовь. С одной стороны, он стремится так «заработать» заботу о себе, а с другой — самоутверждается за счет других людей, взращивая в себе чувство величия и превосходства.

Когда Спасатель надрывается, забыв о себе, или не получает благодарности и ожидаемой заботы (всегда), это позволят ему перейти в роль Жертвы. А когда он входит в образ святого — защитника высоких идеалов или обиженных, он получает карт-бланш на то, чтобы обернуться Преследователем тех, кто до этих идеалов не дотягивает, или обидчиков.

Наглядной иллюстраций к этому был недавний скандал вокруг Регины Тодоренко. Она неуклюже высказалась про домашнее насилие, так что в этом можно было усмотреть обвинение жертвы. И тут же толпы возмущенных Спасателей, «защищающих» жертв, начали с упоением травить ее, похлеще иных насильников, — перешли в роль Тирана.
В Спасателе много гнева и обиды. Но он старательно вытесняет эти чувства, потому что они не сочетаются с образом «святого». Однако, они все равно сочатся из всех щелей, делая Спасателя изрядно токсичным, пассивно-агрессивным. Чего он, конечно, не замечает.

Тиран в этом отношении честнее. Он тоже самоутверждается за счет жертвы, но хотя бы не скрывает ни своей жажды власти, ни агрессивности, и не изображает из себя кроткую овечку. Хотя, конечно, он тоже ищет оправданий, представляет свой гнев «праведным», а власть — законной и необходимой для пользы всех.

Если говорить о внутренней динамике, то роль Тирана — это канал для сброса негатива, накапливающегося у созависимого в ролях Спасателя и Жертвы. Поэтому, как только находится подходящий повод, созависимый мгновенно превращается в Тирана, и ярость, которую он обрушивает на головы «виновных» часто явно непропорциональна их «проступку».

Роль Жертвы — бонусная, это выигрыш в игре, ради которого все и затевается. Какую бы роль человек ни играл, он все равно окажется Жертвой. В некотором смысле созависимый — всегда Жертва. А еще именно Жертва обычно запускает игру по треугольнику, и без нее игра невозможна.

Жертва — та, которая за себя не отвечает и неспособна отвечать (в своих глазах). Она находится в «вынужденном» положении, на нее обрушились несчастья, ее обидели. От этого она страдает и достойна, наконец, жалости и внимания. Но главное — с нее спроса нет. Чего можно требовать от человека, который страдает? — Ничего, даже самоконтроля нельзя. Наконец-то она абсолютно и законно за себя не отвечает — за все, что с ней происходит, отвечает другой!

Отдельным бонусом Жертве списываются все предыдущие грехи. Как бы она ни была неправа вчера, то, что она страдает сегодня, это как бы «искупает». Страдающих не судят. В первую очередь, она получает возможность не судить сама себя, задвинуть свою совесть куда подальше.

Страдающей Жертве сразу все становятся «должны» — поддержку, внимание, участие, «скидки». Если они это дают недостаточно, она получает моральное право обвинять и требовать — и превращается… в Тирана. И заодно может отдохнуть от роли Спасателя. Жертва не хочет прекратить страдать, а желает мести или вознаграждения за страдания. Раб хочет не свободы, а стать Господином.

Разумеется, Жертва не видит, как превращается в Тирана. Ей кажется, что она контролирует по необходимости и требует законно, что она тем самым заботится о справедливости, воспитывает или «защищает свои границы». Но ведь ровно то же самое кажется самому отбитому домашнему насильнику!

Думаете, хоть один тиран считает себя садистом? Как бы ни так — чтобы это признать, нужна сила духа, ответственность взять придется… Обычно они считают, что «вынуждены» так себя вести (с самыми благими целями, конечно), что их требования законны, и они даже страдают, что приходится применять жесткие меры.

А еще они жертвы своего характера, потому что их в детстве обижали (и теперь ближние должны это терпеть). И вообще это все самозащита. Границ, ага 🙂

Видите, как тут все взаимосвязано? Спасатель хочет стать Жертвой и Тираном, Тиран хочет стать Жертвой и притворяется Спасателем, а Жертва хочет стать Тираном. Нельзя сказать, что кто-то тут прав, а кто-то виноват, кто-то святой и наивный, а другой — монстр на выгуле. Бывают, конечно, и реальные психопаты, но их далеко не так много, как обычных тиранов.

Обычно же у участников трагедии домашнего насилия одна и та же проблема. Лишь ситуативно один сильнее и бьет другого. Но стоит изменить расстановку сил — и вчерашняя жертва, не моргнув глазом, станет тираном с тем, кто слабее и от нее зависит. Чаще всего это дети, к сожалению. Или она выплескивает свою токсичность на работе / в интернете. Не так жестко, как он, может быть, но суть та же.

За тиранов не выходят по любви!
Итак, жертва, с одной стороны, подвергается всяческим негативным воздействиям (как ей кажется), а другой, мечтает о позитивных — нуждается в защите, поддержке, опоре, признании. Общее в этом: ее нежелание признавать себя причиной своих состояний и ограничиваться своими собственными ресурсами. Ориентация вовне, идея, что она зависит от кого-то или чего-то внешнего. Внешний локус контроля.

Ключевое тут — претензия на чужие ресурсы: заботу, опеку, любовь, поддержку, защиту и проч.

Как это бывает в жизни? Почти в каждой истории домашнего насилия мы видим, что исходно в тиране женщину привлекает забота. То есть он вступает в отношения в роли Спасателя, чем очень нравится Жертве. Причем Спасатель обычно вроде бы сам предлагает помощь, но на самом деле это Жертва «приглашает» Спасателя.

Например, женщина демонстрирует беспомощность, слабость и прочую «женственность». А если напрямую не демонстрирует, в ее глазах светится «тоска по сильному плечу» и «хочу на ручки». Она «ненавязчиво» восхищается силой, умом, ответственностью кандидата. Он это считывает, демонстрирует заботу и надежность — и получает в ответ радость и благодарность. Игра началась.

Опасно, когда это не галантность и не просто флирт. А забота со стороны мужчины именно отеческая, и женщина ищет именно этого — опеки, ей нравится, что он берет на себя ее проблемы, дарит подарки, защищает. Как папа или мама. И на этом фундаменте строятся отношения. В сети очень популярны цитаты, выражающие такой подход:

Самые сексуальные мужчины — не те, у которых миллионы поклонниц. И даже не те, у которых кошельки лопаются. Самые сексуальные — те, которые говорят: «Так, не ной, я все решу». И идут, и решают. Вот они — самый секс!
Не важно, будет ли он решать ее материальные проблемы или давать только эмоциональную поддержку, любовь к ней. И даже если это «поддержка» только в ее воображении, как тоже частенько бывает. Важно, что она проецирует на него родительскую фигуру. И заранее эту фигуру в нем ищет в девичьих мечтах.